История

              Говорят, на Парижской улочке, которая выходит на Старомак в северной части намести, в квартире с окнами во двор проживал малоизвестный бухгалтер трамвайного парка Иржи Клупик. Кроме этой увлекательной работы он фиктивно числился на должности массажиста сборной Чехии по шахматам, совмещая это со страстью к цветоводству. А поскольку пан Клупик считал себя пусть не знаменитым, но всё-таки художником, то квартира его со временем приобрела вид мастерской. Он редко посещал различные заведения, которыми богаты окрестности Старомака, в виду постоянной занятости, предпочитая принимать друзей в своём жилище. Один из них, загадочный тип неопределённого возраста Михал Туйка, даже жил в мастерской Клупика с нежной собакой Куча и разными женщинами, пока хозяин сводил трамвайные цифры в регулярных отчётах. Периодически захаживал дизайнер интерьеров квартир и коллекционер марок островов Карибского бассейна Йожеф Стабут-Кужецки, очень спокойный и уравновешенный эмигрант. Он любил говорить, что своей невозмутимостью обязан исключительно бехеровке и совершенно волшебной атмосфере пражской жизни, граничащей между мистикой и реальностью, в которой может произойти самое таинственное и загадочное. Иногда гостил здесь в поисках вдохновения чудаковатый верзила Вацлав Божек, обладатель невероятного количества свитеров, богатый и глупый маг-дилетант с почти чистой совестью. Да, он умел гипнотизировать девственниц, но не злоупотреблял этим, и поэтому спал спокойно, лишь изредка вспоминая свой небольшой гетеросексуальный опыт, что, впрочем, не доставляло ему особенных неудобств. С хаотичной периодичностью это богемное собрание посещала особа с ямочкой на левой щеке и прямыми волосами. Барбара Майжелова курила исключительно за рулём, причём исключительно через мундштук, и всегда икала на банкетах во время произнесения политических тостов, но даже это не помешало ей стать женой посла братской страны в Чехии. Когда они все собирались в мастерской пана Клупика, можно было подивиться, с какой лёгкостью эти очень разные люди находили общий язык. Им всегда было о чём поговорить, чем занять себя. Был ли секрет в правильных кнедлях, которые Майжелова делала самолично, не смотря на статус дипломатической жены, или это был особенный кофе, который мог приготовить только эмигрант по привезённому неведомо откуда рецепту, или клептомания загадочного Туйки, приносившего с собой с прогулок такие же загадочные предметы, или третий глаз Большого Вацлава, который он постоянно обещал показать, или страсть пана Клупика к насыщенному жёлтому цвету, в который он выкрасил все стены, пол и потолок своей квартиры-мастерской – доподлинно сказать сложно. А однажды пришёл Божек, и объявил, что постиг методику пространственно-волнового инерционально-частотного дуализма, и теперь является адептом Метафизики Верхнего Мира. Конечно, ему никто не поверил. Ну, кто же поверит в эдакую чушь!

              В ответ на это гигантский маг показал всем то, что постоянно обещал, и тут же поклялся добрым именем Староместской площади, что научит каждого присутствующего пользоваться трансцендентным тахионным полем, если взамен получит обещание держать язык за зубами.

         Поскольку доброе имя Старомака не вызывает никаких сомнений, а никто из ныне живущих ничего не знает о практическом использовании людьми телепортационных возможностей тахионного поля, можно предположить, что маг сдержал клятву, а его друзья – своё обещание. Кроме того, после этих событий стали поговаривать, что этих людей встречают иногда в разных городах мира, а иногда не только в городах. Где-то они появляются совсем не надолго, где-то задерживаются на продолжительное время. В местах, где их видят чаще всего, появляются выкрашенные в жёлтое стены, пол, потолки, ощущается аромат особенного кофе и правильных кнедликов, а в окрестностях совершенно загадочным образом исчезают такие же загадочные вещи…Сосед пана Клупика, как-то перебрав крушовицкого, заливал, что цветовод-бухгалтер и его пёстрая компания оказались людьми практичными, и появляясь в разных уголках Европы открывают ресторации, которые своими интерьерами и истинной пражской аурой (тут без Стабут-Кужецкого не обошлось) сохраняют уникальный дух старой столицы (явно клептоман Туйка прихватил по дороге), и в то же время могут похвастаться отменной кухней (скорее всего Майжелова руку приложила). И везде эти ресторации популярны и многолюдны, как Старомак летним вечером. Иногда мелькнёт в дверном проёме верзила в свитере, или рыжая борода малоизвестного художника, или барышня с ямкой на левой щеке закурит через мундштук – вот и все описания очевидцев. Факты достаточно зыбкие, но сосед Иржи Клупика абсолютно уверен, что это именно та самая экстравагантная пражская пятёрка практикует чудеса телепортации. Хотя, что только человеку не померещится с пары кружек доброго крушовицкого…Но в Праге утверждают, что это всё чистая правда. Как и все другие истории и легенды, рождённые Старомаком, Староместской площадью.

               А если это ложь – то кнедликов не существует!